fuldamar (smolyak) wrote,
fuldamar
smolyak

Я даже не исключаю, что все это было правдой.

Атмосфера скованности для откровенного разговора никак не подходила. – А теперь говорить буду я.Познакомьтесь, Дубровская, – сказал Воронин, указав на упитанного человечка с папкой в руках. В ее голове был сумбур. Сегодня меня что-то тянуло на литературных героев, и поэтому вместо Даши, Соколовых и Натальи Семеновны я поместила в свое сознание героев романа Ремарка «Три товарища». Я повторила действие несколько раз, испортив кучу целлофана, но результат все время был одинаковый. Я опустилась в удобное кресло и вдруг поняла, что под воздействием этой расхолаживающей атмосферы мне абсолютно не хочется работать, меня покинул трудовой энтузиазм. – Никакой мистики, – обрадовалась я. Я до мелочей запомнил тот день, когда закрылся в номере греческой гостиницы и несколько дней в шоковом состоянии слушал исповедь Солоника. – О боже! Та самая Сереброва! – воскликнула Ольга Сергеевна и, обращаясь к Елизавете, с восторгом продолжила: – Деточка, тебе несказанно повезло! Я слышала, там денег куры не клюют. – Так он что же, наркоман? Васька-то Рыжий? – А кто ж еще! Сейчас все наркоманы. Бабы на них западают косяками. Так же шептала о чем-то листва, и солнечные лучи, пробиваясь сквозь нее, играли на скамейках и тротуарах. «Могу заключить пари, Воробей и Дрозд обязательно подружатся, – решила для себя Настя. Кажется, Чернов прошептал мне вслед ругательство, не исключаю, что как джентльмен да еще и в присутствии дамы он произнес его мысленно. извините, я пойду. Она едва взглянула на предъявленное удостоверение с фотографией и печатью. – Ты мне не предоставила выбора. – Она хотела подарить вам это в знак примирения, да так и не успела. – Следствие продолжается, поэтому, сами понимаете, я владею ограниченной информацией. Именно это меня и привлекает. Это лекарство было у меня, и я задумал использовать его, чтобы осуществить свой план. Наталья Семеновна решилась все-таки прервать наше затянувшееся молчание на редкость неоригинальной, но зато очень действенной фразой: – Таня, может быть, закажем кофе? – Да, конечно, это было бы неплохо, – с возрастающим энтузиазмом ответила я, и Наталья Семеновна позвала официантку. Он был неподвижен, и эта неподвижность испугала меня больше, чем крик женщины. Удобно? Ну и хорошо. Насчет «вкусно и разнообразно» она явно не права. За свою карьеру я навидался стольких чудиков, что их вполне хватило бы для заселения большой психиатрической лечебницы. Заинтересованная Мария стала проводить в уме несложные подсчеты и, хотя никогда не блистала математическими способностями, усвоенные в школе правила сложения позволили ей убедиться в том, что я все-таки прав.. – Живет в городе? – Мне хотелось, чтобы она что-то сказала о ней, вот я и спросила.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments