Про стояла у Альбац в подъезде и тихонько билась головой о стену

Как известно, журнал «Сноб» я больше не покупаю. Меня внезапно осенило, что шеф-редактором там служит Валерий Панюшкин, единственный в мире журналист, который вызывает у меня рвотные рефлексы. Дружить с Панюшкиным опасно. Он сладко дружит, облизывает как профессиональная проститутка, подбирается к головке члена, медленно ласкает ствол, и вот, когда кончик языка прильнул к уздечке, пасть сжимается, и от секунду назад твердого ростка остается жалкая вялая половинка, кровоточит, а Панюшкин жует и слащаво улыбается, искренне негодуя отчего скорчило лицо друга. Друг тоже не лучше. Корчится, через боль улыбается, ведь это Панюшкин, как бы думает: Бог с ним, кастратом похожу.

В июньском «Снобе» Панюшкин написал про Морарь. Такое продолжение главы из книги «12 несогласных». К сожалению, у меня нет сканера, чтобы показать вам огромные фотографии Морарь, но благодаря Лаврентьеву, который мне подал журнал, перепечатаю избранное.

Статья называется «Революционная Морарь», подзаголовки не хуже: «Катастрофа», «Отряд Дамлдора», «Наташины университеты», «План Барабанова» и так далее.

Начинается все так:

«Уже три часа ночи. Мы сидим с Ильей за стаканом пива, и я спрашиваю, что он подумал 7 апреля, когда мирный пикет, организованный накануне его женой, превратился в погром.

Илья говорит, что подумал: «Идиот! Какой идиот! Надо было еще вчера лететь в Кишенев».

Накануне веером Наташа звонила ему и кричала в телефон восторженным голосом: «У нас получилось! Пятнадцать тысяч! Ты представляешь, пятнадцать тысяч!».

<..>

Я лезу еще за пивом».

Дальше идет глава из выше упомянутой книги.

Ученым предстоит порыться в голове Панюшкина, который продолжает феерический текст вот этим.

«А Илья Барабанов был безнадежно влюблен в Наташу Морарь. Он работал журналистом. Он вел живой журнал под ником kotoeb, представая в нем развеселым гулякой с левацкими взглядами. И гулякой, конечно, был, но в то время, когда Наташа работала в «Открытой России», ждал ее часами у дверей офиса на Колпачном переулке. А Наташа не понимала, что Илья влюблен в не, или не хотела понимать».

Дальше Панюшкин рассказывает о «профессионале» Морарь, которая стала работать под началом Жени Альбац.

«Она не умела брать интервью, не умела задавать вопросы, не умела придумывать темы, не умела проверять факты, не умела складывать слова».

Видимо, до сих пор не умеет.

И самое прекрасное.

«Сейчас Наташа рассказывает, что, получив предложение Осовцова, долго еще стояла у Альбац в подъезде и тихонько билась головой о стену, чтобы как-то совладать со счастьем».

Обязательно это почитайте.